Суть четырехдневной рабочей недели и мировой опыт

Четырехдневная рабочая неделя подразумевает выполнение трудовых обязанностей в течение четырех дней из семи, предоставляя сотрудникам три полноценных выходных дня для отдыха, семьи и личных дел.

В России стандартная рабочая неделя длится пять дней, обычно не превышая 40 часов. Идея сокращения рабочей недели была впервые озвучена в 2019 году тогдашним премьер-министром Дмитрием Медведевым на Международной конференции труда в Женеве, где он указал на технологический прогресс как фактор, способный сделать этот переход возможным для мировой экономики. С тех пор эта концепция постоянно обсуждается среди законодателей, экспертов, работодателей и населения.

Сторонники сокращения рабочей недели выделяют несколько ключевых преимуществ:

• Для сотрудников: Увеличение времени для личной жизни, отдыха и саморазвития, что способствует повышению производительности труда, снижению стресса и профессионального выгорания.
• Для работодателей: Экономия на коммунальных услугах (вода, электричество, отопление), а также на канцелярских товарах и других офисных расходах.
• Для экологии: Сокращение количества поездок на работу снижает выбросы вредных газов от автомобилей и потребление энергии в офисах.

Однако, у этой идеи есть и серьезные недостатки:

• Увеличение нагрузки: Задачи, обычно выполняемые за пять дней, придется выполнять за четыре, что может привести к увеличению продолжительности рабочих дней или интенсивности труда, вызывая быструю утомляемость.
• Снижение зарплаты: Для сотрудников с почасовой оплатой труда сокращение рабочих часов может означать уменьшение заработной платы.
• Организационные сложности: Возможные проблемы с координацией между отделами, если не весь персонал перейдет на новый график. Кроме того, сферы услуг могут столкнуться со снижением доходов из-за дополнительного выходного.

Таким образом, первоначальная привлекательность четырехдневной недели может быть омрачена потенциальным увеличением нагрузки или уменьшением доходов.

Мировой опыт показывает смешанные результаты. В Исландии, после введения четырехдневки по согласованию правительства и профсоюзов, был зафиксирован рост экономики с 2% до 5%, снижение безработицы и улучшение баланса между работой и личной жизнью сотрудников. Нидерланды также активно применяют четырехдневку, имея одну из самых коротких средних рабочих недель в ЕС (32,1 часа), при этом оставаясь среди богатейших стран Европы благодаря высокой почасовой производительности и большой доле трудоспособного населения.

Перспективы введения четырехдневной рабочей недели в России

В России идея сокращенной рабочей недели уже не нова. Некоторые компании начали экспериментировать с трех- и четырехдневками во время пандемии, внедряя удаленные и гибридные форматы. По словам главы комитета Госдумы по труду Ярослава Нилова, эти изменения не привели к снижению производительности, а иногда даже способствовали росту доходов. Нилов полагает, что Россия постепенно перейдет на сокращенную неделю, но этот процесс не будет повсеместным из-за специфики некоторых профессий (например, экстренные службы, почасовая оплата).

Министр труда и социальной защиты Антон Котяков отмечает, что российское трудовое законодательство достаточно гибкое, позволяя работодателям самостоятельно настраивать графики. Однако он выражает опасения по поводу возможного кадрового дефицита в некоторых отраслях, даже при активном привлечении молодежи. По его мнению, для многих компаний переход на сокращенную неделю скорее вынужденная мера, связанная с проблемами сбыта или технологической перестройкой.

Член комитета Госдумы по труду Светлана Бессараб придерживается пессимистичного взгляда, считая, что страна не готова к таким изменениям на данном этапе. Она утверждает, что эксперименты со сокращенной рабочей неделей должны проводиться после стабилизации экономической ситуации, особенно учитывая количество введенных санкций, которые могут создать дополнительную нагрузку на экономику. Тем не менее, она верит, что в будущем, благодаря роботизации, цифровизации и искусственному интеллекту, россияне будут работать меньше.

Подтверждением этой осторожности стало отклонение в 2025 году законопроекта о сокращении рабочей недели для женщин с двумя и более детьми всего на один час (с 40 до 39 часов). Отказ был мотивирован тем, что действующее законодательство уже позволяет устанавливать сокращенное рабочее время для определенных категорий сотрудников, а также дает такую возможность работодателям.

Опрос, проведенный среди граждан, показал, что 76% россиян поддерживают переход на четырехдневку, но при условии сохранения заработной платы. В то же время, 87% работодателей крайне неохотно рассматривают эту идею из-за кадрового дефицита, видя в ней лишь антикризисную меру, которая, скорее всего, повлечет за собой пропорциональное сокращение зарплаты.

Реальный опыт и перспективы внедрения четырехдневки

Несмотря на общие пессимистичные прогнозы, некоторые российские компании уже имеют опыт внедрения сокращенной рабочей недели. Например, в 2022 году Совкомбанк провел эксперимент, переведя более тысячи сотрудников на четырехдневку. Результаты оказались весьма успешными: 97% руководителей отметили положительный эффект, выразившийся в росте производительности и вовлеченности персонала. 76% сотрудников полностью выполнили норму, а 20% даже перевыполнили ее. Банк планирует расширять эту практику.

Однако, не всегда переход на четырехдневку является добровольным или успешным. Российский автогигант КамАЗ, например, вводил четырехдневную неделю в августе 2025 года, но это было обусловлено нежеланием экспериментировать, а сокращением объемов продаж. Уже в ноябре того же года завод вернулся к пятидневке, что указывает на вынужденный характер такого шага.

Людмила Иванова-Швец, доцент РЭУ им. Г.В. Плеханова, подчеркивает, что введение четырехдневной недели должно сопровождаться соответствующим сокращением ее продолжительности и быть добровольным решением работодателя. Она предлагает гибкий подход, позволяющий переводить на сокращенный график только часть персонала, например, офисных работников, программистов или IT-специалистов, для которых это возможно. Для таких профессий, как медики, сотрудники экстренных служб или работники торговли, логистики и строительства, четырехдневка неприемлема из-за специфики деятельности и кадрового дефицита.

Что касается оплаты труда, Иванова-Швец считает, что она должна быть пропорциональна отработанному времени. Однако, это может встретить сопротивление со стороны сотрудников, предпочитающих работать больше для увеличения заработка, оставляя окончательное решение за работодателем.

В заключение, можно утверждать, что повсеместное введение четырехдневной рабочей недели в России в 2026 году маловероятно, поскольку экономика страны к этому пока не готова. Тем не менее, отдельные компании могут и будут принимать решение о сокращении рабочей недели, исходя из своих экономических интересов и особенностей производственных процессов, при условии соблюдения трудового законодательства.

The Four-Day Work Week in Russia: Prospects for 2026

The Essence of the Four-Day Work Week and Global Experience

A four-day work week implies fulfilling professional duties for four out of seven days, providing employees with three full days off for rest, family, and personal pursuits.

In Russia, the standard work week typically lasts five days, generally not exceeding 40 hours. The idea of a shorter work week was first articulated in 2019 by then-Prime Minister Dmitry Medvedev at the International Labour Conference in Geneva. He pointed to technological progress as a factor that could make this transition feasible for the global economy. Since then, this concept has been continuously discussed among lawmakers, experts, employers, and the working population.

Proponents of a shortened work week highlight several key advantages:

• For employees: More time for personal life, rest, and self-development, leading to increased productivity, reduced stress, and prevention of professional burnout.
• For employers: Savings on utility costs (water, electricity, heating), as well as office supplies and other operational expenses.
• For the environment: A reduction in commutes leads to lower vehicle emissions and decreased energy consumption in offices.

However, this idea also has significant drawbacks:

• Increased workload: Tasks typically completed in five days would need to be finished in four, potentially leading to longer working days or increased work intensity, causing rapid fatigue.
• Reduced wages: For hourly wage earners, a reduction in working hours could mean a decrease in salary.
• Organizational complexities: Potential coordination issues between departments if not all staff transition to the new schedule. Furthermore, service sectors might face reduced revenue due to an additional day of inaccessibility for clients.

Thus, the initial appeal of a four-day week might be overshadowed by potential increases in workload or decreases in income.

International experience shows mixed results. In Iceland, after the introduction of a four-day week by agreement between the government and trade unions, economic growth increased from 2% to 5%, unemployment decreased, and employees reported a better work-life balance. The Netherlands also actively implements a four-day week, boasting one of the shortest average work weeks in the EU (32.1 hours), while remaining among Europe’s wealthiest nations due to high hourly productivity and a large share of the working-age population.

Prospects for Introducing a Four-Day Work Week in Russia

In Russia, the idea of a shortened work week is not new. Some companies began experimenting with three and four-day weeks during the pandemic, implementing remote and hybrid formats. According to Yaroslav Nilov, head of the State Duma Committee on Labour, these changes did not lead to a decrease in productivity; in some cases, they even contributed to revenue growth. Nilov believes that Russia will gradually transition to a shorter work week, but this process will not be universal due to the specifics of certain professions (e.g., emergency services, hourly paid positions).

Anton Kotyakov, Minister of Labour and Social Protection, notes that Russian labor legislation is flexible enough to allow employers to set their own work schedules. However, he expresses concerns about potential staff shortages in some sectors, even with active efforts to attract young specialists. In his view, for many companies, the transition to a shorter week is more a forced measure related to sales issues or technological restructuring.

Svetlana Bessarab, a member of the State Duma Committee on Labour, takes a pessimistic view, believing that the country is not ready for such changes at this stage. She argues that experiments with a shortened work week should be conducted after economic stabilization, especially given the numerous sanctions that could place an additional burden on the economy. Nevertheless, she is confident that in the future, thanks to robotization, digitalization, and artificial intelligence, Russians will work less.

Further illustrating this caution, in 2025, the State Duma rejected a bill proposing to reduce the work week for women with two or more children by just one hour (from 40 to 39 hours). The rejection was based on the reasoning that existing legislation already allows for shorter working hours for certain categories of employees and grants employers this flexibility.

A survey conducted among citizens showed that 76% of Russians support a transition to a four-day week, provided there is no loss in salary. At the same time, 87% of employers are highly reluctant to consider this idea due to staff shortages, viewing it only as an anti-crisis measure that would likely entail a proportional reduction in staff salaries.

Real-World Experience and Implementation Prospects for the Four-Day Week

Despite the generally pessimistic forecasts, some Russian companies already have experience implementing a shortened work week. For example, in 2022, Sovcombank conducted an experiment, transitioning over a thousand employees to a four-day week. The results were quite successful: 97% of department heads reported a positive effect, reflected in increased productivity and employee engagement. 76% of employees on the four-day week fully met their work quotas, and 20% even exceeded them. The bank plans to expand this practice.

However, the transition to a four-day week is not always voluntary or successful. The Russian automotive giant KamAZ, for instance, introduced a four-day week in August 2025, but this was driven by reduced sales rather than a desire to experiment. By November of the same year, the factory returned to a five-day week, indicating the compulsory nature of this step.

Lyudmila Ivanova-Shvets, an associate professor at Plekhanov Russian University of Economics, emphasizes that the introduction of a four-day week should be accompanied by a corresponding reduction in its duration and should be a voluntary decision by the employer. She suggests a flexible approach, allowing only a portion of the staff, such as office workers, programmers, or IT specialists, to transition to a shortened schedule, as it is feasible for them. For professions like doctors, emergency service personnel, or workers in trade, logistics, and construction, a four-day week is generally unacceptable due to the nature of their work and existing staff shortages.

Regarding wages, Ivanova-Shvets believes they should be proportional to hours worked. However, this might face resistance from employees who prefer to work more for higher earnings, leaving the final decision to the employer.

In conclusion, it can be asserted that a widespread introduction of a four-day work week in Russia by 2026 is unlikely, as the country’s economy is not yet ready for it. Nevertheless, individual companies may and will decide to shorten the work week based on their economic interests and operational specifics, provided they comply with labor legislation.